Как предсказуем этот Вечный город!
Тут что ни шаг - то памятник стоит,
а каждый холм предания таит;
тут бюсты вдаль глядят не без укора,

поскольку каждый третий позабыт...
и прочих тоже ждёт забвенье скоро:
сойдут на нет - как аргументы спора,
пригладит Время их задорный вид.

Мне грустный шарм руин неинтересен:
пусть их покроет па́тина и плесень;
изъеден мрамор, кро́шится гранит...

Вот ри́млянки по-прежнему прелестны:
в границах вечности им явно те́сно;
по счастию, не древность в них пленит.
Я потихоньку отдавал концы,
слабея телом, духом и умом.
Но тут зашёл Господь, сказал: "Не ссы!
Ты мне понадобишься. Но потом."

И понял я, что не умру я весь,
не стоит мне форсировать конец;
наверное, ещё я нужен здесь,
раз Он сказал: Он всё-таки Отец.

И вот ещё живу, дышу, пишу:
а вдруг и правда годен я на что?
И знаете - теперь я не спешу:
пусть подождёт Великое Ничто.

Агностик! Не спеши херню пороть!
Дождись, когда зайдёт к тебе Господь!
Обнимет отец
                    вернувшегося сына,
уткнётся в плечо
                    устало, простыло:
"Ведь сердце моё
                    давно всё простило -
упрямая гордость
                    невыносима...
Моя судьба
                    тебя по свету носила..."
Заплачет старик
                    и убьёт сына.
После меня не останется странствий:
видел, не видел - какая печаль!
Юные странники в том же пространстве
заново будут отыскивать даль.

После меня не останется песен:
весел, невесел - кто знает о том?
Если в словах появляется плесень,
стоит ли помнить о песне потом?

После меня - только старые вещи:
нужно, не нужно - а что-то скопил...
Впрочем, и здесь мне похвастаться нечем:
хлам по дешёвке старьёвщик скупил.

Помнить о прошлом - плохая примета:
принял, не принял - что было - прошло.
Вы поскорей забывайте поэта:
Память недолгая - меньшее зло.
Дождь в городе, в котором ты и я -
Все четверо пока едва знакомы:
Привычная случайность бытия...
Хотя у случая свои законы:

И дождь был обусловлен той горой,
И город преднамеренно построен,
И мы, возможно, встретились с тобой,
Чтобы в конце концов нас стало трое.

А случай, кажется, не так уж плох,
Причудливо детерминизм тасуя:
Ты едешь в глушь, заранее тоскуя -
А здесь тебе судьбу устроил Бог.

Два, три, четыре, ... есть ли в числах тайна
Определённости?.. иль всё случайно?
Я - клоун в вязанном берете:
я тоже пристаю к прохожим,
за спинами их корча рожи,
и нарисовано смеюсь...

А, впрочем, я ещё нелепей:
ведь он почти неосторожен -
и рожи делает похоже,
а я, похоже, не гожусь...
И город незнаком... И дождь непрошен...
Какой-то памятник... или фонтан
Неумолимо украшает площадь.
Я - Ной - не-ной, а вымок без зонта.

Наверное, места бывают плоше,
Но здесь светло и чисто. Неспроста
Так привлекательно кафе для кошек,
И так свербит тоска, когда устал.

Ну, вот: голубка с веточкой оливы
Несёт давно заказанное пиво -
Благая весть, святая простота!

Свежа вполне, хотя и некрасива;
В провинции не стоит быть спесивым:
Что выросло - то и срывай с куста...
Это только игра
                        с сохранёнными жизнями
в лабиринте блужданий
                        с чужими и ближними,
с неизбежными встречами
                        и расставаниями,
поглощёнными литрами
                        и расстояниями;
собирая мечты,
                        выполняя задания,
этот level прошли,
                        hint'ы зная заранее.
Сохраниться теперь:
                        отыграли - не умерли;
просто пауза перед
                        ещё одним уровнем.
Вечер. Сумрак. Тени глубже.
В полумраке страхи ярки.
Время тикает всё глуше.
Батареи греют жарко...
И в знакомой обстановке
проявляются обновки.

Из пакета на столе,
где лежал батон московский,
выполз вдруг питон заморский...
Где мой чёрный пистолет?
Крокодилы под кроватью...
Как теперь спокойно спать тут?

Змеи подползают ближе,
языками воздух лижут...
Подобрались для броска -
и впиваются в бока!..
Это простынь смялась в складку -
спать мешает сладко-сладко.

Из узоров на ковре
появляется лицо,
взглядом тянется ко мне,
ухмыляется с ленцой:
"Я тебя заворожу..."
Я в поту - и весь дрожу.

Кто стоит?! - мохнатый, в шляпе,
на груди скрестивши руки...
Это стопка книг у шкафа,
на неё я бросил брюки -
сам создал я образ твой...
Он кивает головой.

Кто-то в зеркале прошёл,
быстро за угол зашёл:
видно, что не зверь, не птица -
и стремится затаиться...
Или, может, это я
отразился, взор тая?

Женщина идёт с косой,
бросив мельком взгляд косой -
выжидательный и цепкий...
Это фартук, шнур, прищепки
на крючке висят давно:
я же сам сушил бельё!

По квартире - шопоток,
в коридоре - топоток:
топ-топ-топ, да ток-ток-ток -
я испытываю шок!
Слух выходит из доверья:
кто-то страшно скрипнул дверью...

Знаю всё наперечёт:
в раковину кран течёт...
с шумом вешалка упала...
на пол сбилось одеяло...
Явно от своих злодейств
веселится полтергейст!

За окном фонарь двуглазый
заволакивает разум
и отбрасывает тени
всяких прочих привидений.
Сон - не сон, и явь - не явь;
и уже я сам - не я.

Паранойя снова в моде:
все при всём честном народе
наблюдают друг за другом
с перепугу и с испугом...
Спи! пора уж засыпать:
завтра будет страх опять!
У стра́нника е́сть преиму́щества:
в пути не накопишь имущества;
таскаешь лишь вещи полезные:
себя со своими болезнями.
И в случае недомогания
приятно прервать изыскания:
болеешь себе на здоровье,
дорогу оставив в покое.
Бесцельные блуждания
по залу ожидания:
пространство обживается,
народ в пространстве мается,
кучкуется потеряно
у стойки кафетерия,
просматривает прессу,
хоть нет к ней интереса;
сидит до отупения,
следит за объявленьями,
общается с соседом и
прощается с туалетами,
смеётся над диспетчером -
а больше делать нечего...
Ну, и конечно гаджеты:
они теперь у каждого.
"Прибытие задерживается..."
Что ж, ожидание давно привычно.
Диспетчер на посадку гонит зычно -
счастливчики выстраиваются...

Аэропорту безразлично,
пространство обживается,
отложенные маются
и рейса ждут меланхолично.

О! Ожидание - наука!
Бывает трудно друг без друга,
но во сто карат - когда мы вместе:

и с самолётами - непруха,
и раздражение зреет глухо,
и мало места на насесте.
Ты расскажи мне о чужой стране,
чтобы повеяло старинной сказкой -
с картинками, как в книжице-раскраске,
чтоб был секрет, но не было подсказки;
Зло мило улыбалось из-под маски,
Добро брело тревожно и с опаской
вдоль озерца, подёрнутого ряской,
колеблющейся после каждой встряски
(а берег там болотистый и вязкий...);
Принцессу б вывозили на коляске:
она агукала, всем строя глазки;
Герой был африканцем из Небраски
(тут просто толерантность - для отмазки!).
Да, чтоб пират был - в шелковой повязке,
страдающий Святого Витта пляской -
не для сюжета, больше для острастки
и колорита, что сгущает краски.
Пусть даже орден будет без подвязки,
чтобы казалась сказка поскромней...
Короче, чем изящней, тем странней.
Но я бы оставался в стороне,
не зная ни завязки, ни развязки,
поскольку сказка та - не обо мне.
Вы помните? в той роще жил ваш бог;
У водопада нимфа что-то пела;
Дриада под корой скрывала тело.
Был молод мир, но Рок уже был строг:
Карал за всё - и часто не за дело...
Здесь был тогда прелестный уголок!
Торчал приапом столб у трёх дорог,
Вещая, что смоковница созрела.

Там Пан в кусты пейзанку уволок...
А, может, не в кусты, а в мягкий стог...
А, может быть, она его раздела -
И, может, не одна, а целый полк:
В мистериях пейзанки знали толк
И обращались с божеством умело...

Не помните? а ведь здесь жил ваш бог...
Часы оттикивают время:
Оно бредёт неумолимо...
Ты задержался на мгновенье -
И время пролетело мимо.

Пытаешься угнаться - тщетно:
Оно давно недостижимо
И, исчезая незаметно,
Практически непостижимо.

Меланхолично наблюдая
Утраченные несвершенья,
Ты понимаешь: время - тает,
А срок стремится к завершенью.
. . .        . . .
       . . .        . . .
И всё же время - лишь условность,
Поспешно принятая нами:
Мы поверяем им возможность,
Всё время путая с часами.
... и вот когда дорогой утомишься,
за слабость на другого обозлишься,
в тени беседки пища без излишеств
покажется прекраснейшим из пиршеств,
а фраза на неведомом наречьи -
понятней и точней научной речи,
цель странствия достигнута: страна
тобой вполне удовлетворена.
Начало - это ночь и море,
а дальше - только бесконечность,
где боги меж собою спорят,
по-своему трактуя вечность.

С размеренным шипеньем волны
о берег плещутся беспечно
и заставляют нас невольно
жалеть, что вечность быстротечна.
Флоренция стара, но инфантильна.
Здесь есть футбольный клуб "Фиорентина".
Добрался до неё в кои-то веки
и очень впечатлился Ponte Vecchio,
присев на берегу небыстрой Арно
(которая порой весьма коварна).
Взглянул на то, о чём слыхал заранее;
бродил - и это утомило крайне.
С утра пораньше двину дальше, в Пизу,
на тамошнюю башню глянуть снизу.
Италия прекрасна! но с избытком:
её искусство в мощных дозах - пытка.
Любовь как ощущение тепла...
Сквозь сон возникшее Воспоминанье:
дождя ночного нежное касанье,
дорожка слёз на зеркале стекла,
белёсая промозглость зыбкой рани -
услужливо всё Память извлекла,
и Ощущение пьянит слегка,
но Сожаление уже не ранит.

Мне кажется, с рассветом ты ушла...
Как булочка тепла твоя душа,
но, видимо, мы встретились до срока:
для Незнакомки слишком ты близка,
чтобы в тебе Загадочность искать,
привитую Прекрасной Дамой Блока.
Опять вокзал... Отъезд как ремесло,
Благоприобретённая привычка.
На саквояж задорно гадит птичка.
Вода тепла. С хот-дога пронесло.

За поездом прибудет электричка:
Диспетчер цифры путает назло -
И нас на путь неверный занесло;
Толпой назад: в дверях - затор и стычка.

Сел, где свободно? - значит, повезло.
Включили печки: душно, словно в домне.
(Зимой, в мороз, жару ещё мы вспомним!)
Куда вас, сударь, к чёрту понесло?..

Жизнь на колёсах - это так знакомо,
Когда работа далека от дома.

Profile

dr_jekyll44: aun aprendo (Default)
dr_jekyll44

September 2017

M T W T F S S
    1 23
4 5678910
11121314151617
18 19202122 2324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated 2017-09-24 05:08
Powered by Dreamwidth Studios